Кстати, насчёт украл. Вспомнился виденный мною в детстве «Фитиль». Это киноальманах такой сатирический, вроде «Крокодила». Так вот, речь там шла о каком-то районном заводике, где-то в Сибири. Заводик тот производил краску, ядовито жёлтого цвета. И, что самое интересное, вся она тут же отправлялась куда-то за кудыкину гору. И ни грамма не поступало в продажу на месте. Само собой, все без исключения частные дома в городишке, были покрашены именно этим радостным колером.
Вспомнив этот давний сюжет я даже погордился за Державу, так как в этих местах и красть-то, по-видимому, было особенно нечего.
И, вопреки картинке, виденной мною когда-то в одной из многочисленных энциклопедий, местные жители не были одеты во что-то экзотическое. На мужиках старые джинсы, застиранные футболки. Реже — пиджаки на голое тело. Женщины же практически поголовно были обряжены в ситцевые платья.
Лет сорок тому назад, выступая в Конгрессе, президент США Джон Кеннеди впервые в истории не только Америки, но и всего мира провозгласил четыре неотъемлемых потребительских права каждого гражданина: на безопасность, на выбор, на замену а так же право быть услышанным.
Позднее, по решению ООН, этот день — 15 марта — стал отмечаться как Всемирный день защиты прав потребителей, а число их, прав, а не потребителей, увеличилось с четырех аж до восьми.
Правда, и то и другое произошло далеко не во всех странах, в чём я теперь мог убедиться лично. И если, к примеру, в СССР ни о каких правах, в том числе и потребительских, лучше было не заикаться, да и само слово «потребитель» всегда имело резко негативный оттенок, то в этом забытом богом закутке об этих самых буржуйских привилегиях явно не слышали и по сию пору. Не до жиру, как говориться.
В общем, прикид местных модников поражал каким-то сельским, на местный манер, конечно, однообразием, нагоняя жуткую тоску.
Наверное, давешний шаман, судя по всему являвшийся организатором и главным спонсором вчерашнего мероприятия, специально вырядился в эдакий экзотический карнавальный костюм.
Но, как видно, бесправные местные жители, слыхом не слыхавшие о знаменательном для всего прогрессивного человечества празднике, отмечаемом 15 марта, всё же от природы имели деловую жилку. Так как, несмотря на ранний час, к нам вскоре подошло несколько женщин с какими-то горшками и медными кувшинами с явным намерением всю эту утварь нам продать.
Я уже было хотел давануть на сигнал, дабы отпугнуть нахалок, но Ленка отстранила мою руку.
— Погоди, Юр. — остановила меня она. — Ну зачем же мы будем с самого начала портить отношения с местными жителями. Да и, сам посмотри, как здесь…
— Добренькая. — Я постарался напустить в голос побольше сарказма.
— Добренькая. — Подтвердила Ленка. — Для меня пара зелёных бумажек погоды не сделает, а людям будет приятно. Если ты хочешь, чтобы человек для тебя что-то сделал, заставь его любить тебя, и он в лепешку расшибется. И, наоборот, вынуждая его нервничать, не оправдывая, пусть даже и таких мелких надежд, ты с большой вероятностью добьёшься отрицательного результата. А ведь мы хотим, чтобы дело пошло быстрее, не так ли?
В общем-то, Ленка опять была права. И вообще, кто сказал, что это военная операция? Вполне обыденное дело, которое можно разрешить мирными цивилизованными способами. Не Бастилию ведь идём штурмовать, а всего-навсего забрать гостящую у родственников маленькую девочку.
Мы подъехали к дому, у которого, сами понимаете, не было адреса, и искать его пришлось по приметам, да по рисунку, сделанному Н-Гдэной. Кто его знает, какое место занимали в здешней иерархии родственники нашей гостьи. И, хотя домишко стоял почти в центре посёлка и был побольше размером, но особенности дизайна, вроде разномастно налепленных досок и окно, одно стекло в котором было прозрачным, а другое цветным, создавали впечатление всё той же неприкаянности.
Я вылез из машины и, подойдя к хибаре, стал стучать в то, что здесь заменяло дверь. От моих ударов всё сооружение заходило ходуном и, казалось, вот вот развалится. Но и только. На стук никто не вышел а местные торговцы, для которых мы были единственными покупателями что-то залопотали.
— О чём это они. — Я недоумённо оглянулся на Лену.
Хотя, всё было ясно и так. Нужных нам людей по какой-то причине не было дома. Вот только куда они подевались, я так и не смог понять.
Лена же смогла уловить в местном наречии всего лишь несколько английских слов. И сделала вывод, что речь идёт о машине, на которой женщину с девочкой увезли.
Дело было ясное, и нам снова понадобились услуги милейшего Михаила Ивановича. Вот только одна небольшая загвоздка. Он то сейчас был в Москве. И быстро доставить его к источнику информации можно было только с помощью Ленкиного «Закутка», являвшегося, по моему глубокому разумению ни чем иным, как филиалом Дромоса.
— Что делать будем? — я вопросительно взглянул на Лену. — Магомета доставим к горе, или наоборот, будем двигать гору?
Лена на минутку задумалась, и произнесла.
— Давай уж, сначала попробуем уговорить этих… очевидцев. И, если согласятся, то тогда я проведу их «ко мне» и, усыпив, доставлю в Приют.
И, повернувшись к тёткам, которые явно что-то знали, достала пачку долларов. Глаза у тех сразу заблестели, и снова послышалось возбуждённое лопотание. Но Лена лишь многозначительно похрустела такими привлекательными бумажками и открыла дверцу салона, сделав приглашающий жест. Видно было, что торговки засомневались, но зрелище зелёных купюр волновало и будоражило воображение, в который раз подтверждая народную мудрость, гласящую что доллар, он и в Африке доллар. И вот уже целых две свидетельницы расселись сзади.
Мы оставили посёлок за спиной и, отъехав ещё малёк, притормозили. Лена, обернувшись, глянула на меня.
— Ну что, выходи, что ли.
— Справишься? — Засомневался я. — Может, помочь?
— Справлюсь, справлюсь. — Убеждённо ответила она, и я спрыгнул на землю.
Лишь только хлопнула дверца, как и Лена, и джип, с сидящими внутри тётками моментально пропали. Свинство, конечно, по отношению к тёткам. Но, я надеюсь, переживут. Да и компенсируем мы это дело достойно.
Что ж, и мне пожалуй пора.
Летя назад, я включил новости. Как я уже говорил, информация передавалась прямо в мозг, создавая объёмное изображение. Так что, оставалось закрыть глаза и просто внимать.
«Японцы соорудили нового робота в виде колеса.
Пересадка глаза избавила ребёнка от слепоты.
Создана технология печати электропроводящих рисунков.
Новый алгоритм отличает реальные фотографии от подделок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
